«Ампутация — это отсутствие конечности, а инвалидность — состояние души»: история ветерана СВО Ивана Лёвкина

От офицера Приднестровья до защитника России

- Иван Александрович, вы переехали в Татарстан относительно недавно, но сразу приняли решение встать на защиту страны. Расскажите, с чего начался ваш путь и почему эта тема для вас личная?

- Мой путь начался далеко отсюда. Я родился в Приднестровской Молдавской Республике — это маленькое государство между Молдовой и Украиной. В 1992 году, когда мне было всего четыре года, там вспыхнул вооруженный конфликт: нас пытались присоединить силой. По сути, я с раннего детства знаю, что такое геноцид народа — то же самое, что происходило на Донбассе с 2014 года.

Мой отец воспитывал во мне и брате любовь к службе. В итоге я стал офицером, дослужился до капитана и работал заместителем военного комиссара в своем городе, отдав армии восемь с половиной лет. В Россию мы с женой переехали в 2019 году, а уже в 2020-м обосновались здесь, в Татарстане.

- То есть, переехав в Тукаевский район, вы сначала обустроили жизнь на новом месте, и только потом приняли решение подписать контракт?

- Да, в 2023 году мы купили здесь дом в ипотеку, обзавелись машинами. Когда я понял, что быт семьи полностью налажен и они в безопасности, я принял осознанное решение пойти на СВО. Сидеть дома, когда твоя страна втянута в тяжелый конфликт, для меня было неправильно.

Я не привык громко кричать с флагами, но твердо считаю: мужчины рождены для того, чтобы защищать свой дом. Это наш прямой долг перед Родиной, точно такой же, какой был у наших дедов в годы Великой Отечественной войны. Если ты жив и здоров — ты должен быть там и помогать своей стране.

Обустройство в Татарстане и путь к контракту

- Получается под мобилизацию вы не попали и это было исключительно ваше добровольное решение?

- Да, я видел, как проходила мобилизация, но меня она не коснулась. На тот момент я работал неофициально в строительной сфере. По профессии я военный, но после переезда в Россию мне пришлось полностью переквалифицироваться. Дело в том, что наши приднестровские звания здесь не котируются. Я обращался в военкомат, пытался легализовать свое звание капитана, но по закону это сделать не получилось. А идти в армию рядовым на тот момент я не мог — без собственного жилья, вдали от родственников, с низкой зарплатой содержать семью было бы очень тяжело. Поэтому сначала нужно было прочно встать на ноги.

- А почему из всех регионов России вы выбрали именно Татарстан? Ведь сначала вы пробовали обосноваться в Севастополе.

- В Севастополе тогда было непросто: регион только начинал активно развиваться, у нас там не было ни жилья, ни поддержки. Один товарищ посоветовал присмотреться к Татарстану — подсказал, что здесь хорошие зарплаты, много работы и очень адекватные, гостеприимные люди. Мы переехали и ни разу не пожалели. Мы с женой сами, своими силами, купили участок и построили дом для круглогодичного проживания. Сейчас у нас здесь прописка. Мама вот приехала в гости на пару месяцев, но в конце августа уже улетает обратно на родину.

- Судя по всему, в этот дом вы вложили много личного труда? Расскажите о вашем загородном быте.

- Мы изначально хотели именно частный дом, свежий воздух, лес. Квартиры даже не рассматривали. Наш дом стоит прямо у леса — до него всего четыре участка. Место шикарное: тишина, птицы по утрам поют. Правда, когда мы его купили, это была скорее летняя дача — пустые стены, зимой жить невозможно. В первый год поставили печку, сами утепляли стены пенопластом, делали проводку. Выживали, можно сказать, как в старые времена: печка топится, пол скрипит. В следующем году планируем плитку положить — всё делаю своими руками. Мне очень нравится этот загородный вайб.

Формально у нас СНТ, но больше трехсот семей живут здесь круглый год. Радует, что наш Тукаевский район активно развивается: за последние годы сделали дороги, сейчас улучшают связь, планируют проводить проводной интернет и задумались о газификации. Пока топим электричеством, но перспективы отличные.

Передовая, ранение и возвращение к жизни

- Иван Александрович, как для вас начался сам путь на передовую?

- Контракт я подписал в конце июня 2025 года.  Хотя у меня с детства был врожденный порок сердца и операция. Несмотря на это, отец вырастил из нас братьями настоящих спортсменов — я стал кандидатом в мастера спорта по греко-римской борьбе.

- На фронте вы пробыли совсем недолго — уже осенью случилось то самое тяжелое ранение. Что тогда произошло?

- В сентябре 2025-го я получил слепое осколочное ранение в икру. Осколок остался внутри. Первую ночь после ранения пришлось провести в блиндаже под страшным обстрелом — нас утюжили с десяти вечера до четырех утра без перерыва. Только на следующий день я смог дойти до своих, и меня эвакуировали в первичный госпиталь. К тому моменту уже началась гангрена, которая стремительно поднялась до середины бедра. Врачи потом объясняли, что снаряды противника, возможно, были обработаны какими-то химическими веществами — нога буквально сгнила всего за сутки.

Меня перевозили из одного госпиталя в другой. В итоге я попал в Москву, в клинику имени Вишневского. Хочу выразить особую, огромную благодарность врачу М. П. Иванкову из отделения гнойной хирургии. Он лично меня оперировал и вел каждый день. Целую неделю врачи отчаянно боролись за мою ногу, удаляли пораженные ткани, но спасти ее не удалось. 3 октября мне провели ампутацию.

Помню, как Михаил Петрович зашел ко мне в палату утром после операции. Я был в тяжелейшем состоянии, говорить почти не мог, но просто поднял ему навстречу большой палец вверх. Врач тогда улыбнулся и сказал, что впервые в своей практике видит человека, который радуется ампутации. Но я радовался, потому что остался жив. Две недели после этого я не мог ни есть, ни в туалет сходить, органы начали отказывать. Только колоссальными усилиями московских врачей меня вытащили с того света.

- В таких тяжелых условиях огромную роль играет не только медицина, но и простое человеческое тепло. Вы ощущали поддержку?

-  Да, и за эту моральную, психологическую помощь я безмерно благодарен волонтерам и фондам. В госпиталях волонтеры делали для нас всё: шили специальные удобные подушки, приносили одежду, кормили домашней едой. На Новый год надарили столько коробок с продуктами, что мы делились ими с нашими медсестрами.

Но больше всего ранило и запомнилось именно человеческое отношение. Помню, сидел на скамейке в госпитальном дворе, в зимней форме, один. К моим плечам подошли волонтеры, просто приобняли, положили руки на плечи и протянули подарок. В тот момент я понял: ничто в мире не сравнится с искренним, живым участием незнакомых людей.

- Как складывается ваша реабилитация сейчас, когда вы вернулись домой, в Тукаевский район?

- Сразу после госпиталя меня взял под опеку фонд «Защитники Отечества». Моим социальным координатором здесь, в Тукаевском районе, стала Айгуль Шабакаева. Она буквально за руку вернула меня в активную общественную жизнь, начала вовлекать во все мероприятия. Недавно я участвовал в показе специальной адаптивной одежды для ветеранов.

Более того, я снова вернулся в спорт! Начал ходить на плавание для людей с ампутацией и уже занял третье место. А в чемпионате по волейболу сидя наша районная команда и вовсе завоевала золото! Мы тренируемся вместе, общаемся и стали друг другу как настоящая семья. Наш тренер переживает за каждого из нас как за родного сына. Такая мощная поддержка дома невероятно мотивирует двигаться дальше и жить на полную мощность.

Жизнь в статусе «человека из стали» и планы на будущее

- Потеря ноги — это огромный вызов. Как государство и социальные службы помогают вам вернуться к привычной физической активности?

- Государство сейчас действительно взяло на себя огромный объем работы, обеспечение ветеранов протезами — это целая отлаженная система. Масштаб поддержки колоссальный, и я искренне горжусь, что живу в стране, которая так заботится о своих бойцах. На сегодняшний день у меня три разных протеза на одну ногу! Один я получил от Министерства обороны, еще два — от Социального фонда.

Все они выполняют разные задачи: основной протез для ходьбы оснащен микропроцессором, его меняют раз в два года; есть специальный протез для купания — его замена положена раз в три года. Сейчас через Государственный фонд «Защитники Отечества» я подал документы на получение четвертого — специального спортивного протеза. Оказывается, существуют отдельные модели для бега и тяжелых нагрузок. Мой повседневный протез рассчитан на вес до 120 килограммов, а спортивный выдерживает до 200. Это позволит мне полноценно вернуться в спортзал и без опасений поднимать тяжести.

- Слушая вас, поражаешься вашему оптимизму. Сложно ли далась психологическая адаптация к новой реальности?

- Адаптация прошла на удивление легко. Я часто говорю жене: «Отдохни, ты устала», а себя в шутку называю «человеком из стали». Ну а что? У меня теперь одна нога железная! Главное, что у меня нет и никогда не было психологической травмы. Потеря конечности — это вообще не конец жизни. Я сам, своими руками продолжаю делать ремонт дома: где-то просто снимаю протез и работаю в другом положении. Если человек хочет жить полноценно и уверен в собственных силах, ему абсолютно всё по плечу.

- Вы и за руль уже успели вернуться?

- Конечно! Купил машину с автоматической коробкой передач и научился управлять ею левой ногой. Освоил этот навык буквально за пятнадцать минут. Поверьте, людям, потерявшим руки, гораздо сложнее, а с ногой все намного проще. Среди ветеранов я вижу очень много позитивных, заряженных ребят.

Я для себя давно сформулировал одну вещь: мы — ампутанты, но мы не инвалиды. Ампутант — это просто отсутствие руки или ноги, чисто физический факт. А инвалидность — это состояние души, когда человек сдался. Нога — это всего лишь средство передвижения. Поставили другую, железную — и можно двигаться дальше. Пусть чуть медленнее, пусть с непривычки быстрее устаешь, но ты продолжаешь жить на полную мощность.

- Иван Александрович, какие планы и мечты вы ставите перед собой теперь, когда этот тяжелый этап позади?

- Планы у меня самые простые и земные: дом, семья, работа. Сейчас я подал документы на должность социального координатора. Хочу работать в фонде «Защитники Отечества» по Набережным Челнам — точно так же, как наша Айгуль помогает ветеранам здесь, в Тукаевском районе. Хочу быть полезным ребятам, которые возвращаются с передовой. Ну и, конечно, главная цель — полностью достроить наш дом у леса и во всем поддерживать семью.

Мое отношение к СВО и к своему выбору остается однозначным: я ни о чем не жалею и полностью за. А ребятам, которые сейчас находятся на передке, я хочу пожелать только одного — выжить и вернуться домой к своим близким. Контрактные деньги — это все второстепенно. Те, кто туда пошел, пошли ради своей страны и мужского долга. Главное — возвращайтесь живыми и здоровыми к своим матерям, женам и детям. Хоть с ногой, хоть с рукой, хоть с глазом — но живыми. Это самое важное. Спасибо вам.

Подписаться на газету "Светлый путь" и узнать о жизни Тукаевского района

Самое интересное в наших социальных сетях: